Олег Майдаков: «Порнография бывает искусством»

Известный ню-фотограф о своем творчестве, порнографии, цензуре в России и полных девушках.

«Глотку! Я буду драть глотку про безумные дали, где мы не бывали, но все же». 

Олег не дал нам опубликовать откорректированную версию интервью. Он настоятельно хотел, чтобы его голос и речь не были изменены. Пусть с плеоназмами, тавтологиями и недочетами, но зато

мысли будут сформулированы именно им. В интервью сохранена грамматика и стилистика Олега Майдакова, а также откорректирована им самостоятельно, по его усмотрению. Все сам: и известность, и профессионализм, и текст.

«Не могу себя представить без этого занятия: люди не могут не есть, не спать, не дышать – а я не могу не снимать»

Про начало творчества

Пришел в фотографию я случайно, неосознанно – как большинство, наверное, – просто было интересно попробовать. Постепенно обзаводился техникой и знаниями – так и началось. Почему именно фотография? Все просто – это технически легче: не нужно средств и мастерской – достаточно фотоаппарата. Фотография не была каким-то бизнес-планом или стратегией, просто это приносило удовольствие. Сейчас не могу себя представить без этого занятия: люди не могут не есть, не спать, не дышать – а я не могу не снимать.

Ню: плюсы и минусы работы

Особого расчета в выборе жанра не было – просто хотелось поработать с ню-съемкой, да и эта тема сознательно или неосознанно волнует большинство молодых людей. Кому-то такой жанр сложно дается, но я просто ставлю задачу перед собой и решаю ее, не оглядываясь на общественное мнение: мне было интересно поснимать ню – я это сделал: нашел модель, студию. Многим по этическим причинам неудобно это делать – у меня получается игнорировать этот аспект. Мне нравится и интересно снимать ню – не вижу причин этим не заниматься.

 

«То, что в один момент казалось порнографией – через пару лет может оказаться искусством»

Искусная порнография

Мне кажется, что границы между порнографией и искусством нет: потому, что порнография – это про содержание, а искусство – про форму – они не пересекаются. Порнография тоже бывает искусством. Тут очень размытые понятия – все друг в друга перетекает. То, что в один момент казалось порнографией – через пару лет может оказаться искусством. В России недавно проходили выставки, которые из-за общественного мнения закрывали –  а в других странах – искусство. Эта ситуация, на мой взгляд, все объясняет.

 

«Не должно быть цели делать искусство – заниматься надо творчеством»

Про культурную ценность фотографии

В цивилизованном обществе вопрос: «Искусство ли фотография?» – не является дискуссионным – все единогласно сходятся на положительном ответе, но я думаю, что не должно быть цели делать искусство – заниматься надо творчеством. Важно найти свой собственный язык, свое видение. А уж станет это искусством или нет – не так важно. Очень многие занятия человека попадают под понятие творчества – и этого достаточно. Искусство – более субъективная, тонкая и сложная выборка из творчества человека. Творчество становится искусством, если оно сложнее и интереснее того, что делали до тебя.

 

«Снимок не может передать какой-то мэседж – сообщения передают месенджеры, а фотография вызывает эмоции»

О девушках и моделях

Красивая модель и красивая девушка – разницы для меня нет. Но вот хорошая модель – это совсем другое… Женщина красива для меня по общим канонам: фигура и лицо, лицо мне важно в меньшей степени. Грубо говоря, фигура мне нравится достаточно стандартная, а лицо – сочетание классики и уникальности. У хорошей модели должно быть понимание зачем она снимается и какой будет конечный результат, если наши взгляды совпадают – выходит хорошо. Позировать и находиться в кадре – это тоже творчество. 

Я периодически смотрю на девушек как на объект съемки, как на потенциальных моделей – это обогащает мое видение. Это полезно – смотреть на что-то под разными углами зрения. 

Модель для меня как пластилин – материал, который я помещаю в кадр. Не могу представить как работать по-другому. Например, когда мне нравится какой-то город и я хочу его узнать, почувствовать – я буду в нем находится, общаться с людьми. Фотографирование не будет основной целью и средством узнавания. Также и с человеком – я буду проводить время, общаться, но если начну фотографировать – буду думать о форме, а не о содержании. Я не буду чувствовать ритм и эмоцию города, если захочу его поснимать – буду работать с формальными вещами. Это мои принципы работы - искать формальные особенности. Фотография – это не способ передать характер – личность мне интересна за кадром. Снимок не может передать какой-то мэседж – сообщения передают мэсенджеры, а фотография вызывает эмоции. 

 

«Мои фотографии не ограничиваются лишь демонстрацией голой женщины в кадре»

Секс с моделями

Как некое действие, приводящие к раскрепощению, я не использую секс в работе. Хороший результат может выйти с теми моделями, кто не привлекает физически, и наоборот. Я вообще не вижу смысла избавляться от зажатости девушки – так даже интереснее снимать. Это надо лишь «людям с фотоаппаратами», которые думают, что занимаются творчеством и зависят от того, как девушки выглядят в кадре. Меня это не интересует – мои фотографии не ограничиваются лишь демонстрацией голой женщины в кадре. Я надеюсь, что в них есть что-то большее. Мало что для меня зависит от закрытости или раскрепощенности модели. Со вторыми работать менее интересно – это уже пик, и дальше двигаться некуда.

 

«Мне не кажется, что лицо самая выразительная и эмоциональная часть тела»

Про отсутствие лица в кадре

Я не вижу необходимости помещать лицо в кадр. С ним мне работать скучно, я больше уделяю внимание свету, композиции и меньше работаю с персонажем – моделью как человеком. Лицо в большинстве случаев несет лишнюю смысловую нагрузку. Оно будет отвлекать от сути. И мне не кажется, что это самая выразительная и эмоциональная часть тела с точки зрения фотографии. В моих снимках лицо, как скажем и пальцы ног – не основное. Мне нравится работать с формой тела и конечными эмоциями от фотографии. Мимика лица мне интереснее в жизни – фотографировать его у меня нет потребности.

 

«Если мне начнут диктовать – я поменяю страну, на одну из тех, где нет такого маразма»

Мешает ли работа отношениям

Моя девушка не против моей работы – я ей благодарен за это. Наверняка, большинство женщин очень категорично бы отнеслись к вопросу моей деятельности. Профессиональной деформации не случилось – чувства и желание не притупились, потому что я работаю не с женщиной, а с формой, в роли которой выступает модель. Я, например, люблю выпить вина за ужином в интересной компании – со временем это желание не становится слабее. С женщинами также.

Про свободу тела: модели плюс сайз

Как мужчине, мне мало интересна работа с моделями пышных форм. Есть красивое женское тело, возможно, с незначительными отклонениями от нормы – для меня оно идеально. А слишком полные или очень худые мне в кадре не нравятся. Я не знаю как работать с такими формами, и мне не особенно это любопытно. Эти девушки могут присутствовать в моем окружении, но не в работе.

 

«Одежда – лишнее в моей фотографии»

Тонкости работы с обнаженной девушкой

Я с самой первой съемки не чувствовал никаких неловкостей и неудобств в работе с обнаженной моделью. Так что, никаких советов начинающим дать не могу. Мне комфортно так работать – я знаю, что делать, как поместить обнаженную девушку в кадр. Если бы я снимал одетых моделей, то просил бы подбирать элементы одежды по-максимуму простые, не отвлекающие. Мне нравится простота, а упрощение – в конце концов и привело к отсутствию одежды на моделях. Одежда – лишнее в моей фотографии.

 

«Ребенку ясно, что под этими кружочками-треугольничками –  это какое-то лицемерие»

Запрет сексуального контента в Instagram

В общем, это верно, потому что Instagram для всех – им пользуются и дети, и те, кто не хотят этого видеть. Но реализовывать это надо иначе: дети не должны видеть фото, в том числе, с замазанными гениталиями – не думаю, что размытости и квадратики работают. Фотографии, где ничего не замазано и наоборот – не отличаются чем-то принципиально, ведь все понимают о чем идет речь. И ребенку ясно, что под этими кружочками-треугольничками – это какое-то лицемерие. Сам человек или его родители, если ребенок не достиг совершеннолетия, должны делать выбор – смотреть этот контент или нет.

 

«Почему у нас раньше о свободном творчестве можно было думать лишь на виселице?» 

О цензуре в России

Это довольно печально, но в общем-то весьма предсказуемо – мир развивается по спирали. Когда-то более свободно, а когда-то как сейчас – люди у власти пуританских взглядов. И то, что я вижу очень меня огорчает. Я считаю, что люди должны сами делать выбор – видеть ли им что-то или говорить ли о сексуальности. Нам сейчас сообщают (не в открытую), что именно надо или не надо говорить и в каких ситуациях – но я сам хочу принимать это решение, а мне его навязывают. В законах же не прописаны разрешенные или запрещенные темы для обсуждений – ок, я готов им следовать. Если людям говорят, что им делать, а что нет – выходит – власти предполагают, что люди идиоты и сами этого не понимают.

Я рад, что моих работ цензура пока не коснулась. Но если мне начнут диктовать и рассказывать, как мне заниматься фотографией – я поменяю страну, на одну из тех, где нет такого маразма. Есть же места, где у власти адекватные люди.

 

«Гораздо хуже, когда ребенок говорит, что его папа не занимается ничем…»

Мой папа –  ню-фотограф

Когда у меня появятся дети, я надеюсь, они в открытую будут говорить чем занимается их папа. Мне нечего стыдиться. Если их спросят о роде деятельности отца – они всегда смогут продемонстрировать, и пусть уж каждый решает, в зависимости от уровня своего развития, для себя. Я считаю, что делаю достойные качественные вещи – не безвкусные и не пошлые. Гораздо хуже, когда ребенок говорит, что его папа не занимается ничем…

 

Текст Анастасия Медвецкая / Фото Олег Майдаков